Новости

Регистрация | Вспомнить

0

новых

0

обновить

Возвращение в 37-й или защита ценностей

[18.08.2021 / 08:53]

Директора новосибирского колледжа, ученого Сергея Чернышова вызвали в СК за пост об Александре Невском. Мнения иркутян на этот счет неоднозначные.

Директора Новосибирского городского открытого колледжа (НГОК), кандидата исторических наук Сергея Чернышова вызвали в региональное управление Следственного комитета РФ (СКР) из-за поста в Facebook.

Речь идет о посте, посвященном инициативе переименовать площадь Свердлова в Александра Невского, который директор колледжа опубликовал в июне. В тексте он отметил, что «выбор между Свердловым и Невским – это выбор между террористом и коллаборационистом», а образы обоих этих исторических деятелей – «плод фантазий пропагандистов советской эпохи». Ледовое побоище же, добавил директор, это «уникальный случай и, пожалуй, единственный эпизод, который попал в учебники истории прямиком из киноэкранов».

Сергей Чернышов уточнил, что на прошлой неделе правоохранители показали ему жалобу на его опубликованный пост. В СКР ему предстоит объяснить, что он имел в виду в своей публикации.

По словам директора НГОК, следствие проверяет его пост по статье осквернение символов воинской славы России.

«Я не знаю, какие последствия могут быть от этой ситуации, наверное, любые. Да и все ближайшие последствия прописаны в статье, по которой проверяют мой пост. Считаю, что история должна оставаться на страницах научных журналов. И точно Следственный комитет – не место для академических дискуссий», – сказал Сергей Чернышов.

«До прошлой недели я совершенно искренне думал, что если ты не занимаешься политикой и не трогаешь нашу одну из последних скреп – ВОВ, то в общем ты никому и не интересен. Но нет, налицо – охранительное стремление к всеядности и всеохватности, что осознавать довольно прискорбно (…) В общем, в интересные времена живем, разговариваем со следователями о Невском и Батые», – написал он у себя на странице.

Иркутский историк Алексей Петров считает, что с таким подходом правоохранительных органов можно вообще ликвидировать историю как науку:

– На самом деле я бы советовал всем товарищам, кто хочет сказать что-то со словом «терроризм», побольше упоминать его в связке с фамилиями Халтурина, Каландаришвили, Софьи Перовской и прочих. Может, после этого государство задумалось бы о том, чтобы этих людей поменьше было на вывесках улиц городов Российской Федерации. Тогда, возможно, мы в самом деле начали бы быстро заниматься восстановлением исторической справедливости – не так, как сейчас делают в некоторых случаях, как работает пропагандистская машина, а с точки зрения настоящей, реальной истории.

Потому что, если мы теперь по любому поводу тыкать деятелей образования и сомневаться, как они относятся к историческим личностям, многие из которых были реально мифологизированы, тогда можно вообще подумать о том, чтобы историческую науку закрыть как науку – за ненадобностью. И создать другую науку, которая будет говорить о тех героях, которые в нынешних условиях выгодны современным реалиям.

Ведь не секрет, что очень многие исторические деятели мифологизированы. Если начать копать реалии, то много вопросов будет и к личности Александра Невского, и Дмитрия Донского. И даже к Петру Первому сейчас очень много претензий – в частности, относительно того, что Петербург – тоже город, построенный на костях.

Поэтому, когда мы говорим о каких-то исторических событиях, каждый интерпретирует и берет из контекста то, что считает важным для себя. То есть мы все говорим об одном и том же, только у каждого свой контекст. Так и следственные, фискальные органы имеют свой контекст – проверяют, нет ли в этом какого-то злого умысла. А историки должны теперь фильтровать… свою речь, потому что, если кто-то обидит историческую личность, которая жила сотни или тысячи лет назад, будет связывать ее с террором, с экстремизмом, то защищать этих героев, у которых нет родственников, как оказалось, будут государственные структуры.

Сейчас прошло время исторической правды, о которой говорилось в 80-90-е годы. Наступила эпоха новой исторической правды, которая характеризуется, в том числе, и приглашениями в Следственный комитет. Если в 1937 году тебя обвиняли по 58-й статье, то сейчас новые формы коммуникаций между государством и теми, кто занимается историей и дает исторический комментарии.

Главный библиотекарь читального зала краеведческой литературы Иркутской областной библиотеки имени Молчанова-Сибирского Всеволод Напартэ считает, что отстаивать исторические ценности надо, но иными способами:

– Если по существу вопроса, то это совершенно не дело Следственного комитета, напрасная трата полезных человеко-часов. Такие вопросы, может быть, и имеют значение, в том числе – для государства, но регулироваться они однозначно должны совершенно по-другому. Если мы говорим о данном конкретном случае, то тут и губернатор Новосибирской области, и начальник министерства образования должны задуматься, почему на должности директора колледжа находится человек, который позволяет себе такую аргументацию – это просто непрофессионализм. Все эти разоблачения Александра Невского были 100 лет назад и также 100 раз опровергнуты. Можно, конечно, по-своему оценивать тот или иной расклад или того или иного деятеля в истории, но аргументация должна быть на уровне, если человек занимает такой важный пост.

Ну и если мы хотим, чтобы у нас была стройная система ценностей, в том числе – исторических, то и надо подумать о какой-то системе их пропаганды. И это должны быть даже не усилия государства, а какие-то общественные центры, которые это поддерживают. Ценности не существуют сами по себе, в вакууме, их главное назначение в том, что каждый из людей их переживает – в том или ином виде.  Они воплощаются в тех или иных действиях, мыслях, политических решениях, общественных вещах и так далее.

И чтобы сделать эти ценности живыми, а не просто зафиксировать на бумаге как государственную идеологию, чтобы консолидировать общество и придать ему какую-то историческую перспективу – для этого необходима более сложная система, чем бдительный надзор со стороны определенных органов. Как эта система может выглядеть – это сложный вопрос, его надо обсуждать и желательно – достаточно широко. Но эта система должна быть. Достаточно посмотреть на любое цивилизованное общество – будь то демократическая Америка или абсолютная монархия в Саудовской Аравии – везде существует такая система ценностей. Общество вообще живет ценностями. И то, что общество и государство эти ценности защищает – это правильно, но вопрос в том, какими методами. Можно найти какие-то оправдания Следственному комитету, но по факту мы понимаем, что это путь в никуда.

Иркутский адвокат Вячеслав Иванец отмечает, что в России далеко до искоренения преступности, и СКР может найти более достойное применение своим силам:

– Я подписан на Чернышева и читал у него в фэйсбуке, что его приглашают в Следственный комитет. Надо понимать, что Следственный комитет Российской Федерации – это наиболее мощная следственная структура, которой в последнее время все больше расширяют компетенцию – так называемую «подследственность». Если раньше в их компетенции, в основном, были убийства, разные преступления на сексуальной почве, то сейчас, видимо, убийц и насильников переловили, теперь занимаются, чем угодно – от налоговых преступений до игорного бизнеса.

Когда я слышу, что они вызывают для проверки историка, который высказался относительно того, было или нет событие, представленное в кинематографе, то у меня возникает ощущение, что государственные деньги, которые потратят на выяснение событий семивековой давности, достойны лучшего применения.

Можно привести два простых примера. Недавно я, катаясь на велосипеде, шел пешком около часа по дороге от Ангарска в сторону поселка Тальяны – за это время мимо меня проехало несколько груженых бревнами грузовых автомобилей. При этом я вспомнил, что по официальным данным лес в Ангарском округе не добывается, но его оттуда везут. Это пример того, что если руки чешутся раскрывать преступления, то есть чем заняться доблестным сотрудникам СК. Сажай на скамью подсудимых черных лесорубов, лови за руку коррупционеров, которые их прикрывают. Есть, конечно, случаи раскрытия таких преступлений – но их очень мало, случайно попавшие в мясорубку и не откупившиеся, одно-три дела на районный суд в год.

Или вспомним о том, что сейчас, судя по количеству обращений, сейчас самым распространенным и хуже всего раскрываемым общественно опасным деянием является мошенничество по телефону для кражи денег со счетов у граждан. Не секрет, что там действуют целые колл-центры, сотрудников которых готовят профессионалы в области психологии, НЛП-программирования. По моей оценке, объем хищений в этой сфере достигает миллиардов рублей по всей России. Даже если это не относится к компетенции СК, оно должно к ней относиться – ведь люди массово от этого страдают, а раскрываемость минимальная. Так что есть, чем руки занять, вместо того, чтобы историков опрашивать.

Кроме того, преступление – это деяние, имеющее общественную опасность. Обсуждение перипетий прошлого, отстаивание мнений, фактов, событий, написание научных трудов или даже постов в интернете, упоминающих эти достославные события, не может быть общественно опасным. Я считаю, что это часть общественной дискуссии, обсуждения истории, и опасность в этом только одна – если мы это не обсуждаем, не изучаем. Если мы принимаем на веру то, что нам льют в уши и не пытаемся осмысливать критически. Но я боюсь, что под предлогом защиты воинской доблести происходит выдавливание последних ростков свободомыслия. Убить любой взгляд, любую оптику, отличающуюся от признанной государством – не от общепризнанной, а именно признанной государством – это главная цель. И следственный аппарат здесь превращается просто в карательный, и другого взгляда на это не может быть.

Ученый секретарь Иркутского областного краеведческого музея, кандидат исторических наук Артем Ермаков также полагает, что это – не дело следственных органов, но готов объявить Сергею Чернышову общественный бойкот:

– Пользуясь случаем, хотелось бы рассказать немного о таком персонаже, как Александр Невский. И не только потому, что у нас в Иркутском областном краеведческом музее открыта мини-выставка к 800-летию со дня его рождения. Напомню, это федеральная дата, отмечаемая по всей стране в течение всего года, так что усиленный интерес к этой исторической персоне отнюдь не случаен. Волей судьбы я более 10 лет занимаюсь изучением того следа, который он оставил в русской истории. Стоит начать разговор с того, что Александр Невский – вовсе не фигура сталинской пропаганды, как пытается представить Сергей Чернышев. Мало того, что Александр Невский – святой русской православной церкви, официально почитаемый с 16 века, а неофициально – с 14-го, так и большую часть исторических оценок его дали именно церковные деятели задолго до появления не только Сталина, но и Маркса с Энгельсом.

Другое дело, что в школьный учебник он действительно вошел как защитник западных рубежей России. Но здесь, в Сибири, он гораздо более интересен как человек, выбравший восточный вектор развития русской цивилизации в тот момент, когда она еще только закладывалась. И не только выбравший, но и съездивший сюда – он один из первых русских путешественников в Центральную Азию, всего в 600 км южнее Иркутска был конечный пункт его путешествия. Кроме того, он святой покровитель нескольких императоров династии Романовых, в том числе – Александра Третьего, благодаря которому появился Новосибирск как ключевой пункт на Транссибе.

Поэтому я бы поостерегся выдавать такие хлесткие сетевые оценки. С другой стороны, мы имеем – это надо признать – устойчивую точку зрения на Александра Невского именно как на коллаборациониста. Причем я с этим столкнулся лично 10 лет назад в Иркутске, когда давал интервью о его историческом значении для русской цивилизации. Одно из крупных иркутских печатных СМИ отказалось принимать это интервью именно на основании того, что «мы не будем прославлять коллаборациониста. Это крайне странно, что в Иркутске, в Новосибирске существуют люди в публичном пространстве, у которых до сих пор есть претензии к деятелям, родившимся 800 лет назад. Круче их, наверное, только Владимир Познер, высказавший претензии к князю Владимиру за крещение Руси 1000 лет назад.

Но так или иначе, после принятия политики исторической памяти – надо заметить, Россия ее активизировала одной из последних в Европе – этот вопрос перетекает в политическую, а затем – и в юридическую плоскость. Я целиком прочитал обсуждаемый пост и могу сказать, что СК могло привлечь то, что автор называет Александра Невского не только коллаборационистом, но и власовцем, что уже непосредственно связывает его с историей Великой Отечественной войны. Напомним, орден Александра Невского присваивался участникам ВОВ, которые как с нацистами, так и с власовцами дрались, так что это уже прямая дезинформация.

Можно, конечно, за метафористику прятаться, но когда ты – директор образовательного учреждения, кандидат исторических наук, а не поэт или писатель, то стоит выбирать выражения. Даже если это твой частный блог, ты сам – лицо далеко не частное. Лично я не поддерживаю участие в разбирательстве Следственного комитета. Но если бы состоялся общественный бойкот в отношении Чернышова, как было в отношении профессора Гасана Гусейнова, назвавшего русский язык «клоачным» или в адрес пиарщика компании «Леруа Мерлен» Елены Паниной, которая обозвала своих потребителей «ватой», то я бы поддержал такие публичные действия, принял бы в них активное участие. Народ стоит чего-то только тогда, когда может защищать свои святыни и своих героев.

 

ИА Телеинформ

Категории:  Без предела
 
вверх