Новости

Регистрация | Вспомнить

0

новых

0

обновить

Вместо торжества произошла трагедия

[17.09.2021 / 06:32]

Группа специального назначения (ГСН) КГБ СССР «Вымпел» была создана 19 августа 1981 года закрытым приказом председателя КГБ. Решение о создании этого подразделения было принято на закрытом заседании Политбюро ЦК КПСС и Совета Министров СССР.

О том, кем и как создавалось это подразделение, газете ВЗГЛЯД рассказывает полковник запаса Валерий Попов, служивший в этой части с первых дней ее основания.

 

Как генерал Дроздов убедил Андропова

 

«Попытки создать подобное подразделение в рамках КГБ СССР предпринимались неоднократно и до 1981 года. Но поскольку работа этого подразделения предполагалась исключительно за рубежом, на заседаниях Политбюро и Совмина этому противился министр обороны. Говорилось, что в структуре ГРУ Генштаба уже созданы части и соединения специального назначения для решения схожих задач. Поэтому решение о создании такого подразделения в структуре КГБ откладывалось.

В итоге на принятие положительного решения повлияли результаты операции «Байкал-79» по устранению от власти президента Афганистана Хафизулы Амина. Знаменитый штурм дворца Амина (операция «Шторм-333») был только частью этой масштабной работы, а по девяти объектам работали сотрудники КГБ СССР во взаимодействии с десантниками.

По линии госбезопасности операцию планировал руководитель нелегальной разведки КГБ генерал-майор Юрий Иванович Дроздов. Дроздов находился в Кабуле под легендой капитана Лебедева – заместителя по техчасти командира «мусбата». Оставаясь в тени, он управлял операциями.

Юрий Иванович имел богатейший опыт во внешней разведке. Так, например, он являлся резидентом нашей разведки в Китае в один из самых сложных периодов отношений с КНР. А после, в период обострения холодной войны, был резидентом разведки в США. В 1978 году он вернулся в Союз, а осенью 1979 года его назначили начальником нелегальной разведки КГБ.

Задачу в Кабуле решало подразделение «Зенит», сформированное из спецрезервистов ПГУ, которые отбирались из территориальных органов госбезопасности страны и направлялись на Курсы усовершенствования офицерского состава (КУОС). Здесь их готовили в качестве руководителей разведывательно-диверсионных групп на случай войны. Но они не были штатным формированием, не имели опыта боевых совместных действий и слаженности. Кроме «Зенита», в операции «Шторм-333» от КГБ действовала группа «Гром», сформированная из сотрудников 7-го главного управления Комитета, а также подразделения СА в составе «мусульманского батальона» и 9-й роты 345-го пдп. Поэтому в ходе личной встречи с Андроповым Дроздов обратил внимание на сложность взаимодействия участников операции и настаивал на создании именно штатного подразделения, способного проводить подобные операции. 

И ему удалось убедить Андропова, а с его помощью и членов Политбюро. Так для выполнения особых задач и была создана группа «Вымпел».

 

Три главных задачи

 

О каких именно особых задачах шла речь?

Во-первых, бойцы этого подразделения должны были наносить упреждающие удары по ключевым объектам противника, имеющим военное, политическое или иное назначение.

Второй задачей группы стало обеспечение безопасности и оказание помощи нашим гражданам за рубежом, которые оказались в сложной ситуации. Например, были захвачены в качестве заложников.

Третьей задачей стало оказание помощи в охране стратегических объектов, представляющих экологическую опасность на территории нашей страны. К ним относились АЭС, ГЭС, атомные ледоколы, химические предприятия и т. п. На самом деле мы отрабатывали задачу поиска уязвимых мест подобных объектов у нашего противника, параллельно помогая нашим структурам в вопросах совершенствования безопасности таких предприятий, находя слабые места. Аналогично работали и по объектам Минобороны.

 

Первое знакомство, первая командировка

 

Создание подразделения Дроздов поручил Евгению Александровичу Савинцеву, поскольку тот имел богатый опыт ликвидации бандеровского подполья и бандформирований на Западной Украине с 1946 по 1953 год. Его не зря в шутку называли прорабом «Вымпела», поскольку именно он занимался разработкой штатов и подбором личного состава, отрабатывал задачи и программу боевой подготовки.

Местом дислокации была выбрана территория бывшей школы особого назначения в городе Балашиха, которая была создана в 1938 году по инициативе Павла Судоплатова при поддержке Сталина. На базе этой школы готовились разведчики для выполнения задач в тылу противника, а также в годы войны формировались и готовились партизанские формирования. Здесь проходили подготовку и работали такие легендарные люди, как Алексей Батян, Илья Старинов, Геворг Вартанян, Владимир Богданович. Также на этой же базе находились и КУОС, что облегчало решение многих вопросов.

Я в «Вымпел» пришел в самом начале его истории, после курсов военной контрразведки (ВКР), но в ВКР послужить не пришлось. Приехали импозантного вида люди, которые предложили мне службу во вновь создающемся совершенно секретном подразделении.

В Балашиху я приехал несколько раньше намеченного срока для поиска квартиры для семьи. Прибыл в часть. Прямо с КПП и. о. командира ОУЦ Евгений Александрович Савинцев пригласил меня на беседу. Там же были начальник КУОС Герой Советского Союза Эвальд Григорьевич Козлов и будущий начальник 1-го оперативного отдела ОУЦ Валерий Витальевич Розин.

Я был в военной форме и, когда зашел в помещение, доложил: «Старший лейтенант Попов для прохождения дальнейшей службы прибыл!». Но кто-то из сидевших за столом мне сделал замечание: «Молодой человек! У нас принято, зайдя в помещение, снимать головной убор». На что я сразу ответил: «А у нас, у военных, принято во время доклада прикладывать руку к головному убору». Ответ понравился и, кажется, Савинцев сказал: «Смотри, какой находчивый! Пойдет!».

Куда пойдет, было неясно. Но дальше уже без всяких званий было сказано: «Валерий Владимирович, вам следует направиться в главный корпус, представиться такому-то и далее принимать прибывающих офицеров. С этого момента вы назначаетесь старшим».

– Старшим чего?

– Того подразделения, которое мы формируем. Мы планируем командировку в Афганистан, а там идет война. Поэтому все серьезно.

Для командировки в Афганистан был создан оперативный отряд «Каскад-4». Он комплектовался не кадровым резервом КГБ СССР, а штатными сотрудниками нового подразделения. Так на четыре месяца я стал старшим группы, которая готовилась в Афган.

Тогда весь «Каскад-4» состоял из восьми десятков сотрудников 1-го оперативно-боевого отдела. Командировка длилась более года. Жили мы среди афганцев на арендованных виллах. Наши бойцы занимались сбором и проверкой информации, создавали свои оперативные источники в среде различных структур ДРА. По добытой информации проводили спецоперации. Весной 1983 года нас сменило такое же, как и мы, оперативное подразделение «Омега», решавшее те же задачи.

 

Отбор по особым критериям

 

Наше подразделение создавалось как оперативно-боевое с акцентом на оперативную составляющую. Я специально не говорю слово «Вымпел». Подразделение было настолько секретно, что лишь семь человек в стране знали о его существовании, назначении и названии. Во всех документах мы значились, как Отдельный учебный центр (ОУЦ). О том, что реальное название нашего подразделения было ГСН «Вымпел», мы сами узнали уже после того, как СССР прекратил свое существование. Первым командиром «Вымпела» стал капитан первого ранга Эвальд Григорьевич Козлов.

Наша основная работа впоследствии состояла в подборе, вербовке и подготовке источников, с которыми мы выполняли задачи. Не было такой точки на карте мира, куда бы мы не могли полететь.

Все мы имели легенды и документы прикрытия для работы за границей. Сотрудники «Вымпела» могли не только собирать, но и анализировать добытую информацию. Могли в интересах решения задачи организовать и провести операцию с использованием технических средств, вести наружное наблюдение за объектом и противодействовать наружному наблюдению противника.

Нашим главным оружием была скрытность. Применение оружия предполагалось исключительно в крайних случаях. По сути, это было равносильно провалу. Нас учили, что искусство разведки заключается в том, что после выполнения задачи противник даже не должен был догадаться о том, что мы там были.

Для этого нужны были и соответствующие кадры. Мы отбирали нужных людей из кандидатов на курсы КУОС. Понимая, какие задачи придется решать, мы отбирали специалистов с высшим образованием, которые курировали различные НИИ, предприятия оборонной промышленности и т. п. У нас были и врачи, и ученые, и летчики. Также отбирали представителей различных этносов для работы в разных регионах мира.

Под стоявшие задачи мы постепенно формировали собственную программу подготовки. В основу ложилась информация от наших учителей, прошедших войну и принимавших участие в различных конфликтах. Также мы активно изучали опыт спецназа нашего вероятного противника: США, Великобритании, Франции, Германии и других. Первоначально мы собирали информацию из открытых источников, их секретных руководящих документов. Впоследствии нам удавалось внедряться в эти подразделения и черпать реальную информацию изнутри.

Важную роль в подготовке наших подразделений играл опыт наших коллег из так называемых развивающихся стран, которые имели колоссальный опыт современной партизанской войны в соответствующих регионах. У вьетнамцев, например, мы учились маскировке. Технике скоростной и специальной стрельбы мы учились у никарагуанцев. Осваивали горную и морскую подготовку, минно-подрывное дело, рукопашный бой и многое другое. И везде и всегда нас учили мастера своего дела.

 

Тайные операции

 

Дроздов и Савинцев требовали от нас проявлять разумную инициативу и уметь импровизировать при выполнении задач. А главное – они сами умели это делать.

Дроздов, например, еще молодым сотрудником принимал участие в операции по обмену американского летчика Пауэрса на нашего разведчика Абеля (Фишера). Во многом именно его инициатива позволила успешно провести эту операцию. Американцы, понимая ценность Абеля, отказывались менять его на пилота сбитого самолета-разведчика. Поэтому Дроздову пришлось договариваться со спецслужбами ГДР, арестовавшими нескольких американских агентов, чтобы их также обменяли на Абеля. Это показывает способность Дроздова находить пути выхода из, казалось бы, безвыходных ситуаций.

В начале восьмидесятых Юрий Иванович столь же нестандартно действовал при обмене нашего нелегала Алексея Козлова, арестованного в ЮАР. Ценность Козлова была такова, что его обменяли на полтора десятка иностранных агентов. Ключевой фигурой, перевесившей чашу весов, стал родственник одного высокопоставленного чиновника ЮАР – с включением его в список на обмен дело сдвинулось с мертвой точки. И его предложил в список для обмена Дроздов. Сейчас уже можно сказать, что этот человек работал под нашим контролем в дальнейшем.

Алексей Козлов, выдержавший неимоверные испытания и даже пытки, впоследствии стал Героем России. Для понимания специфики «Вымпела» скажу, что наши ребята также принимали участие в этой операции.

Еще одной операцией стала операция по освобождению советских заложников в Бейруте в 1985 году. В ней тоже участвовали сотрудники ГСН. Тогда не смогли помочь никакие контакты, имевшиеся у спецслужб СССР – ни дипломатические, ни личные контакты с Хафизом Асадом, войска которого тогда стояли в Бейруте. Не помогли даже связи с Ясером Арафатом, личный телохранитель которого и руководил захватом наших граждан, ни оперативные каналы с представителями «Хизбаллы». Ничего не давало результат.

Вопрос решил Юрий Иванович Дроздов. Как? Это до сих пор секрет! Сейчас придумывают всякую ерунду о том, как чью-то голову отправили на блюде руководителям террористов и т. п. Чушь, ничего этого не было. Однако Дроздов и без этих ужасов нашел уязвимое место противника и воздействовал на него так, что террористы стали сговорчивыми. В итоге из четверых советских граждан удалось освободить троих. Один был ранен, у него началась гангрена, и террористы ликвидировали его, чтобы он не стал для них обузой.

 

«Дроздов имел мнение о спасении СССР от развала»

 

В конце восьмидесятых годов горбачевская перестройка вылилась в развитие сепаратистских настроений в Закавказье. Я имею в виду события в Нагорном Карабахе в 1987-1988 годах, в Тбилиси 9 апреля 1989 года и в Баку 20 января 1990 года. Тогда руководство СССР пыталось применить «Вымпел» не по назначению. Но Юрий Иванович всегда задавал вопрос: какое отношение мы имеем к разрешению конфликтов на территории нашей страны, если изначально создавались исключительно для работы за ее пределами? Так мы оставались в стороне от этих разборок.

Но в мае 1991 года Дроздов написал рапорт об увольнении. Окончательное решение он принял после разговора с председателем КГБ СССР Крючковым, который и ранее намекал, что Дроздов стал неудобен. А тогда, видимо, все точки над i были расставлены, поскольку Дроздов имел иное мнение относительно варианта спасения СССР от развала. Крючков предложил Дроздову принять участие в каком-то качестве в мероприятиях ГКЧП, но Дроздов категорически отказался, поскольку считал, что все это может вылиться в гражданскую войну.

19 августа 1991 года мы планировали отметить 10 лет со дня создания группы. Была подготовлена церемония вручения боевого знамени части с надписью «Группа специального назначения КГБ СССР «Вымпел», которого еще никто не видел. Спланирована торжественная программа, накрыты столы. До этого дня никто из нас не знал, что так называется наша часть. Однако 19 августа 1991 года вместо торжества состоялись трагические события, о которых мне теперь говорить не хочется.

Как и Дроздов, ГСН «Вымпел» отказалась от участия в событиях 1991 года, после чего с должности сняли командира группы Бориса Бескова. Я тогда был на Ближнем Востоке и меня отозвали на Родину, поскольку подразделение, которое меня командировало, прекратило существование.

Иначе говоря, все, что еще работало, сразу начали уничтожать – ведь отозвали из-за границы не одного меня. Это неудивительно, ведь в Белом доме (Верховный совет РСФСР – прим. ВЗГЛЯД) сидели консультанты из ЦРУ. Уже 25 августа «Вымпел» передали в Главное управление охраны. Потом не стало КГБ, а в январе 1992 года, когда уже не было СССР, создали МГБ, которое существовало тоже недолго.

В сущности, Группы спецназначения «Вымпел» с ее задачами уже не было, и сотрудники стали искать себе новое место службы. Кто-то ушел в СВР, кто-то в Группу «А», кто-то уволился на гражданку. Группа окончательно была расформирована после октября 1993 года, когда ее сотрудники отказались идти на штурм Белого дома.

Созданное позже из ветеранов «Вымпела» Управление «В» ЦСН ФСБ России сегодня имеет другие задачи и применяется как антитеррористическое подразделение и подразделение, обеспечивающее безопасность стратегических объектов. И это уже совсем другая история.

Иначе говоря, сегодня в распоряжении российских спецслужб нет подразделения, которым во времена СССР была группа «Вымпел». По сути, ликвидировав «Вымпел» в 1991 году, новое руководство страны добровольно лишило себя эффективного инструмента разрешения международных конфликтов до начала горячей фазы. Например, сейчас, когда в Афганистане к власти вновь пришли талибы, деятельность отряда, подобного «Вымпелу», нужна как никогда.

Создать новый «Вымпел», конечно, было бы очень сложно – но нет ничего невозможного. Была бы на то политическая воля. А специалисты, не растерявшие свой опыт, для такой работы найдутся».

 

Сергей Козлов

Взгляд

Категории:  Служить России
 
вверх